Чичако в пустыне
кой.
На этом уровне уже не рос мох с дыхательными чашечками. Вместо него
повсюду виднелись грубые, покрытые шипами наросты, из которых свешивались
вниз длинные тонкие, как нити, усики. На них выступали капельки живицы или
похожего на нее вещества. Эти капельки слабо мерцали. Я решил, что это
приманка, привлекающая жертву либо с помощью свечения, либо благодаря
своему запаху. В них завязло несколько насекомых, временами они
предпринимали отчаянные попытки высвободиться, изо всех сил раскачивая
похожие на ниточки усики.
Иит замер рядом со мной, я чувствовал, что он недоволен моей
медлительностью. Ему не мешал скафандр, и один он уже давно добрался бы до
земли. Теперь же требовал, чтобы я шел дальше. Но если он и боялся чего-то
в этом древесном мире, то не стал делиться со мной своими опасениями. И
вел себя по отношению ко мне, как взрослый, вынужденный иметь дело с
ребенком, о котором надо заботиться и чье присутствие затрудняет и
усложняет выполнение неотложной задачи.
Охая, я снова начал спускаться. Иит скользнул мимо меня и исчез с
такой легкостью, что я не мог ему не позавидовать, мне приходилось ползти,
закреплять крюк, цепляться за него, высвобождать его, снова закреплять и
снова ползти. По мере того, как сгущалась тьма, я стал с большей
осторожностью втыкать крюк и подолгу искать опору для рук.
У меня создавалось впечатление, что я пустился в путь в полдень, а
сейчас уже вечерело. К счастью, многие растения светились, а покрытые
шипами наросты, сочившиеся живицей, становились все больше и больше и
распространяли вокруг себя тусклый свет. Возможно, действительно наступала
ночь.
При мысли об этом я удвоил свои усилия. Меньше всего мне хотелось
быть застигнутым темнотой на бесконечных лестницах, образованных
переплетением лиан. Не останавливаясь, я миновал еще две ветки, хотя меня
и тянуло отдохнуть на них, и упрямо продолжал спускаться вниз.
После исчезновения пившего из лужи существа мне попадались лишь
насекомые. Их здесь было превеликое множество, самых разных, от ползавших
по лианам и коре до мириад крылатых существ. У самых крупных из них тоже
были спектральные световые пятна. Их антенны, крылышки и другие части тела
сверкали яркими красками, в отличие от прозрачно-сероватого света,
распространяемого растениями. Я видел искры красного, глубоко и
ярко-зеленого цвета, казалось, вокруг меня порхали на крылышках крошечные
драгоценные камни.
Была уже глубокая ночь, когда, цепляясь за грубую кору, я спустился с
последней петли лианы, которая упиралась в землю далеко в стороне от
дерева. Спрыгнул на мягкую подстилку из опавшей листвы и провалился в нее
по колено. Темная, безлунна
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 |
|
