Олаф Локнит
мог даже себе
представить, где мы теперь, так как с того момента, как мы вошли в башню,
мне казалось, что теперь нас окружают не ее стены. Мне казалось, что я
стою в центре невообразимо широкого пространства.
Сколько времени я стоял так? Этого я никогда не узнаю, так как время
здесь текло по-другому. В этой башне существовало только здесь и только
теперь. Сокрушающая темнота с каким-то садистским сладострастием медленно
и неотвратимо давила на меня, превращая мое естество в ничто. Я чувствовал
в этом мраке примерно так же, как чувствует себя насекомое, попавшее в
липкую сосновую смолу.
Мы, люди, боимся темноты. Это заложено в нас от рождения. Но в нас
заложено и то, что мы должны бороться с этим страхом, пытаться подавить
его, иначе жизнь наша превратится в кошмар. Но еще ни один человек, я был
в этом уверен, не подвергался такому испытанию, какому подвергся я. И к
своему удивлению, я обнаружил, что могу сдерживать страх, держать его на
расстоянии. Время шло, я отсчитывал его по своим вдохам. Если я до сих пор
не поддался страху, значит я смогу держаться и дальше.
Что-то изменилось впереди. Влажные горячие испарения перестали мучить
мои ноздри. Вместо него повеяло тяжелым сладковатым запахом разложения.
И это сопровождалось слабым, еле заметным свечением. В воздухе над
нашими головами снова появился серый дымный круг, который сопровождал нас
сюда. Он еле светился в этом мраке.
Круг постепенно перешел в овал. Серый цвет превратился в болезненно
белый, смешанный с желтым. Теперь он стал похож на зеркало, хоть оно не
отражало нас. Но вот я понял, что это не зеркало, это овальная дверь.
Однако, те силы, что привели нас сюда, не тащили нас к ней. Вероятно,
что-то приближалось к двери с другой стороны.
И вот в овале появилась тень. Она медленно сгущалась и постепенно
превратилась в туманную фигуру. Только края фигуры были как-то странно
искажены. Затем мгновенно изображение стало ясным и четким.
Я увидел женщину с бледной кожей, с волосами темными и длинными,
достигающими до колен. Тело у нее было чисто женское, как тело Гунноры, и
меня пронизало острое желание, как при виде Гунноры.
Но что это...
Может, меня обманывает зрение? Когда я думал о Гунноре, сравнивая ее
с этой женщиной, это совершенное тело заколебалось, подернулось дымкой, а
в глазах изумрудно-зеленых, как у Гру, вспыхнуло красное пламя,
почувствовал вспышку гнева в ней.
И все же невольно сделал шаг вперед. Меня охватило то же чувство,
которое я испытывал к Гунноре. Я ни о чем не думал, я вложил меч в ножны,
я хотел, чтобы мои руки были свободны для...
И тут моя рука коснулась выпуклости на моем мешке. Снова женщина,
которая ждала меня, манила ме
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 |
|
