Олаф Локнит
рошел уже треть пути, как вдруг заметил, что каменные плиты, по
которым я шел, перестали быть гладкими. В каждую из них были врезаны
символы. Одни из них были чернильно-черного цвета и напомнили мне цвет
крови чудовища, которое напало на меня из пещеры. Другие были красного
цвета, похожие на мою собственную кровь, впитавшуюся в камни.
Сами символы были очень сложными, и мне было трудно рассмотреть их
детально. Я старался не рассматривать их, так как от их сложности
кружилась голова. Я решил, что эти символы характеризуют какие-то злые,
враждебные силы, и те, кто строил эту дорогу, врезали их в плиты дороги,
чтобы попирать их ногами и тем самым утверждать свое могущество, свою
власть над этими злыми силами. Но это было только мое предположение, и я
прервал поток мыслей, чтобы не зайти слишком далеко в размышлениях.
Мне было достаточно того, что цвет символов был неприятен мне, и я
решительно отвел взгляд от дороги. Но не все плиты были украшены
символами. Довольно часто встречались чистые плиты, и я их использовал для
того, чтобы отдохнуть, перевести дух, взглянуть на деревья, которые были
все также далеко, как будто я не шел к ним, а стоял на месте.
Воздух был недвижим. Только однажды мою кожу тронул ветерок, но он
был, как и полагается в пустыне, горячим и сухим. Когда дорога снова
свернула на запад, я решил, что мне нужно побыстрее пройти эту часть
страны.
Идти на запад? Когда Гатея исчезла, и некому вести меня? Впервые с
момента исчезновения Гатеи я понял, что до сих пор не думал, что же мне
делать дальше. Если Гатея действительно знала судьбу Инны, то мне она не
дала никакого ключа к этому. Бродить по этой дикой стране и пытаться найти
следы, которые возможно вообще не существуют, казалось мне довольно глупым
занятием.
И все же, что оставалось делать мне? Единственное, что я знал, путь
на запад. И я должен идти на запад. Мне, лишенному имени, лишенному клана,
ничего другого не оставалось делать. Эти горькие мысли грызли меня, когда
я шел по украшенным зловещими символами плитам. Затем, так как уже
близился вечер, я перешел на легкую рысь и, наконец, добрался до низу, до
того места, где дорога углублялась в лес. Я остановился, раздумывая, стоит
ли мне заходить в лес, когда ночь уже близится.
10
Я приготовил себе лагерь с большой тщательностью: из толстых сучьев
сплел навес, который совершенно закрывал меня сверху, и никакие птицы не
могли заметить меня. Могли ли крылатые чудовища отыскивать жертву по
запаху, я не знал, но я не собирался разводить костер, чтобы не привлечь
чье-либо внимание.
Вспомнив, что Гатея говорила о холодной стали, я положил нож у входа
в свой шалаш, а
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 |
|
