Тигр у врат Шадизара
ог
сказать. Но пока везло, и они нападали, давая возможность спастись
темноволосым, со строгими чертами лица людям, которые приходили семьями,
отрядами и израненными и истощенными одиночками. Вортгин проделал свою
работу хорошо. Древняя раса, вернее, то, что от нее осталось, через
открытые фальконерами границы уходила в Эсткарп.
Люди, не обремененные семьями, горящие желанием снова встретиться с
силами Карстена, оставались в горах и пополняли отряды Кориса и Саймона. А
потом одного Саймона, потому что капитана гвардии отозвали на север, в
Эсткарп.
Это была партизанская война, которую так хорошо изучил Саймон в
другое время и в другом мире, вдвойне эффективная, потому что его люди
знали местность, а солдаты Карстена не знали. Трегарт обнаружил, что эти
молчаливые люди, которые ехали теперь за ним, составляли странное единство
не только с землей, но и с зверями и птицами. Возможно, звери и не служили
им, как тренированные соколы фальконерам, но Саймон видел странные
события: стадо оленей затаптывало следы лошадей, вороны выдавали
карстенскую засаду. Теперь перед каждым действием Саймон выслушивал своих
сержантов и принимал во внимание их советы.
Древняя раса не была рождена для войны, хотя прекрасно владела
оружием. Но для ее представителей это была тяжелая обязанность, которую
нужно выполнить побыстрее и забыть. Они убивали с отвращением и не были
способны на жестокость. А ведь с захваченными в плен беглецами карстенцы
расправлялись очень жестоко.
Однажды, когда Саймон, бледный, силой воли подавляя тошноту, отвел
взгляд от такого зрелища, его поразило замечание помощника, молодого
человека с печальным лицом:
- Они делают это не по своей воле.
- Я видел такое и раньше, - ответил Саймон, - и все это делалось
человеческими существами над людьми.
Собеседник, который оставил все и, спасая жизнь, бежал всего лишь
тридцать дней назад, покачал головой.
- Ивьен - солдат, наемник. Война - его профессия. Но убивать таким
образом, вызывать к себе жгучую ненависть! И Ивьен - повелитель своей
земли; он слишком умен, чтобы уничтожать собственное добро. Он не мог дать
приказ совершать такие злодеяния.
- Но мы не впервые видим это. Все это не может быть результатом
приказа одного-двух садистов.
- Верно. Поэтому я и думаю, что мы сражаемся с одержимыми.
Одержимые! Саймон подумал о старом значении этого слова в его
собственном мире - одержимые злым духом. Что ж, можно понять этого
человека после того, что они видели. Одержимые злым духом - в памяти снова
всплыло воспоминание о дороге на Салкаркип. Одержимые злым духом - и
лишенные собственной души! Снова Колдер?
Отны
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 |
|
