Тигр у врат Шадизара
анта капитан мог
смотреть вниз, а не вверх, как на других.
- Ты веришь в клятву на мече? У Ивьена есть Алдис, пусть будут
довольны друг другом. Но, мне кажется, Ивьен сделал неудачный выбор. И
если на одном топоре был заключен брак, почему бы не заключить его на
другом?
- Брак только в бормотании Сирика, - вспыхнул Брайант, все еще
немного вызывающе, но не пытаясь освободиться из рук капитана.
- Нужно ли говорить это мне, леди Верлейнская? - Корис улыбался.
- Лойз Верлейнская мертва! - повторил Брайант. - Придется вам иметь
дело с ее наследницей, капитан.
Морщинка появилась на лбу Кориса.
- Не нужно говорить об этом. Мне не нужна жена с богатым приданным. И
никогда больше не напоминай об этом.
Ее рука зажала ему рот, призывая к молчанию. В голосе ее звучал гнев,
когда она ответила:
- Корис, капитан Эсткарпа, никогда не должен так говорить о себе,
особенно мне, женщине без наследства, без земель и красоты!
Саймон шевельнулся, зная, что для двоих больше никого в комнате нет.
Он коснулся плеча волшебницы и улыбнулся.
- Оставим их, - прошептал он.
Она молча рассмеялась.
- Этот разговор о том, кто чего стоит, скоро прекратится совсем.
- Значит, она и есть исчезнувшая наследница Верлейна, заочно вышедшая
замуж за герцога Ивьена?
- Да. Только благодаря ей я спаслась из Верлейна. Фальк не самый
приятный противник.
Чуткий к оттенкам ее голоса, Саймон стал угрюмым.
- Я думаю, что Фальк и его грабители должны в самом близком будущем
получить хороший урок, - заметил он. Саймон хорошо знал ее склонность к
преуменьшениям. Вполне достаточно признания, что она обязана спасением из
Верлейна этой девушке в другом конце комнаты. Для женщин Силы такое
признание свидетельствует о подлинной опасности. Он испытал внезапное
желание взять один из салкарских кораблей, посадить туда воинов и плыть на
юг.
- Несомненно, он его получит, - со своим обычным спокойствием
согласилась она. - Как вы сказали, мы лишь в середине войны и еще не
победили в ней. Верлейну и Карстену придется уделить должное внимание.
Саймон, меня зовут Джелит.
Это произошло так внезапно, что Саймон вначале не понял значения
сказанного. Потом, вспомнив эсткарпские обычаи, он почувствовал крайнее
удивление: ее имя, самое личное из владений обладательниц Силы; его нельзя
отдавать никому.
Как топор Кориса, так и камень волшебницы остались лежать на столе.
Саймон понял. Она сознательно обезоружила себя, отбросила все свое оружие
и защиту, отдавая в его руки самое важное в ее жизни. Он мог только
догадываться, что означала для нее такая сдача, но догадываться смутно. И
он почувствовал благоговейн
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 |
|
